Сложности ликвидации. Почему требования кредиторов обанкротившегося витебского ОАО «КИМ» пока остаются без удовлетворения

Наверное, трудно найти человека, который бы равнодушно отнесся к известию о ликвидации одного из старейших в Витебске предприятий легкой промышленности — открытого акционерного общества «Классика индустрии моды». Но, увы, это случилось. И историю устойчивой неплатежеспособности гиганта первых пятилеток нужно отсчитывать не с сентября 2015 года, когда такой вердикт вынес экономический суд Витебской области и ввел в действие ликвидационную процедуру.

Независимая судебная экспертиза анализа экономического состояния показала, что хроническим банкротом «КИМ» был на протяжении последних десяти лет. И никакие вливания спасти положение уже не могли.

На ликвидацию законом о банкротстве отводится год. Срок при необходимости может продлеваться еще на шесть месяцев.

За это время назначенный судом управляющий по делу должен удовлетворить требования конкурсных кредиторов за счет продажи имущества должника. У «КИМа» их 89, претензий на 172 миллиарда рублей. Прошло пять месяцев, а погашение долгов всем, кто внесен в реестр, даже не начиналось. Касается это и долга по заработной плате в размере 6,3 миллиарда рублей, который на момент начала процедуры накопился с ноября 2014 года.

По закону о банкротстве это обязательства второй очереди. В первую надо рассчитаться (минимум на 15 лет вперед) с работниками, получившими на производстве инвалидность. В кимовском случае это один человек, за ущерб здоровью которого надо выплатить 218 миллионов рублей.

Плюс добавились внеочередные выплаты тем, кто продолжал работать с сентября по декабрь, после фиксации обязательств в реестре, кто уволен с выходным пособием в связи с ликвидацией должника. Эти суммы тоже начислены и ждут погашения.

На фоне сообщений о продаже (правда, только с пятой и с третьей попыток) таких самых ликвидных объектов кимовской недвижимости, как помещения магазина и кафе на площади Победы, люди, не очень посвященные в эти законодательные нюансы, задаются вопросом: «Так почему не начат расчет с долгами по зарплате? Куда идут вырученные деньги, ведь задолженность обесценивается с каждым днем?»

С этими вопросами мы и отправились к управляющему по делу о банкротстве ОАО «КИМ» Павлу Зайцу. Он четко обрисовал ситуацию, посвятив во многие тонкости такой непростой процедуры, как ликвидация предприятия с огромным шлейфом сопутствующих проблем.

— Расчет не начинался, потому что пока нет денег. Для того, чтобы шла сама процедура банкротства, необходимо заработать на текущие расходы. Единственный источник их получения — продажа имущества должника. А текущие расходы немаленькие. В самом начале с довольно большой точностью было просчитано, что банкротство «КИМа» будет стоить миллион долларов в эквиваленте — порядка 18 миллиардов рублей.

Из чего эта сумма состоит? Из выплат по увольнению работников из-за ликвидации предприятия, включая положенные пособия, отчислений в ФСЗН, текущих расчетов за энергоресурсы. Продолжают работать 36 человек, включая 13 охранников (имущество должника, расположенное на 11 гектарах городской территории, надо сберечь, а загородный лагерь и вовсе находится на расстоянии 50 километров от города), 9 работников ведомственного общежития, бухгалтерия и еще небольшой штат администрации и материально ответственных лиц, за которыми закреплено имущество.

Все эти люди, включая управляющего, должны получать зарплату, чтобы процедура ликвидации не остановилась, а набирала обороты.

Далее. На балансе банкрота было два, а с недавних пор, после передачи в коммунальную собственность города, остается од­но большое общежитие на 600 мест. Содержание его требует 120—150 миллионов рублей в месяц. Передача второго затягивается из-за необходимости оформления надлежащим образом всех документов. Плюс предприятию надо платить в городской бюджет налоги на землю и недвижимость, которые составляют более 1 миллиарда рублей.

Ведь эту обязанность даже с банкрота никто не снимал, и это первоочередные платежи. А еще необходимо обработать по форме и сдать в государст­венный архив документы по личному составу за многие годы (70 лет!), чтобы люди впоследствии могли получить справки для назначения пенсий и так далее. Эти расходы требуют минимум 500 миллионов рублей.

— А что за пять месяцев поступило на счет?

— Пока только деньги, вырученные от продажи магазина на площади Победы. И то надо понимать, что с учетом 20 процентов НДС предприятию из 5 остается 4 миллиарда рублей. Сделка по кафе не стала фактом, пока покупатель не перечислил деньги за нее, а на это договором отводится 30 дней после аукциона. Кстати, расчет за ткацкое оборудование стоимостью более 2 миллиардов, проданное на аукционе еще 11 декабря, произведен только сейчас, деньги до конца еще не распределены.

Но самой большой проблемой, тормозящей активный процесс продажи недвижимости, Павел Заяц называет отсутствие документов на активы «КИМа», которые, кстати, даже по балансовой (не рыночной) стоимости составляют 34 миллиарда рублей, а требований в реестр кредиторов внесено на 172 миллиарда. Ведь перед тем, как выставить что-то на продажу, необходимо документировать, зарегистрировать имущество, здания, сооружения, чего на предприятии отродясь не делали.

Без этих процедур невозможно произвести оценку стоимости недвижимости для дальнейшей ее продажи. Институт недвижимости и оценки попросту не берется это делать без входящих документов.

«В агентстве по госрегистрации и земельному кадастру «КИМа» просто не существовало, — отметил Павел Владимирович, — это предприятие-призрак». Только протяженность по его территории и вне различных коммуникаций (теплотрасс и водопроводов, линий электропередачи) составляет 13 километров, а паспортов на них тоже нет. Сегодня работы по их оформлению дорогостоящие и трудоемкие по времени, лимит которого у ликвидационной администрации ограничен.

Только к середине марта возможность интенсивно объявлять аукционы по продаже имущества и недвижимости станет реальностью, так как оценка оборудования подходит к завершению. Это, конечно, еще не значит продать, выручить так необходимые для расчетов деньги, но ситуация покажет, что в нынешнее экономически сложное время будет востребовано.

Павел Заяц, работающий антикризисным управляющим десять лет, говорит, что это самый сложный случай банкротства в республике. Управляющего по делу не могли найти полгода. Ликвидация неплатеже­способного предприятия — очень индивидуальный процесс, под копирку здесь ничего не делается.

Но в нашем случае он особо затруднен наличием такого большого долга по зарплате и общей суммой кредиторской задолженности. Надо понимать, что для погашения людям 6,3 миллиарда рублей необходимо продать имущества на сумму, в два с лишним раза большую. С каждой сделки в бюджет платится 20 процентов НДС и еще 35 процентов нужно отчислить в соцстрах. Должнику остается только 45 процентов выручки.

Задачу погашения долга по зарплате и считает для себя главной на первом этапе процедуры банкротства Павел Заяц. На него пишут массу жалоб кредиторы, бывшие работники постоянно обращаются на «прямые линии» и приемы граждан в органах власти, ведь люди не хотят вникать во все законодательные нюансы, они требуют свое. Впору для подготовки ответов и разъяснений даже создавать отдел по жалобам и еще больше увеличивать текущие расходы. Но управляющий делает свое дело и подотчетен во всем экономическому суду. Как отметила ведущая дело о банкротстве «КИМа» судья Ирина Фролова, все действия управляющего контролируются и соотносятся только с законом. Она тоже очень рассчитывает на скорые весомые поступления от продажи имущества, поскольку длительная процедура оценки и подготовки документов к продаже объектов подходит к концу.

А как только расчет по зарплате будет произведен, полагает Павел Заяц, в ликвидационной процедуре, чтобы она не стала бесконечной, нужно ставить точку. Для этого принять на республиканском уровне решение о привлечении на большую производственную площадку в областном городе нового собственника, стратегического инвестора с новым проектом или партнерскими проектами. Иначе из бездны не выбраться. Площадь одних только плоских крыш во всех фабричных зданиях и сооружениях составляет 10 тысяч квадратных метров. Они все протекают, штукатурка и стены, поврежденные грибком, рушатся, поэтому за несколько лет все может превратиться в руины. Как видим, фабрике непросто было удержаться на плаву в новой экономической реальности, не менее сложно ее и ликвидировать.

Віцьбічы
ким витебск витьбичи
Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции

Комментарии